Google+
Вселенная «Magic: The Gathering» Борис Вальехо и Джулия Белл в гостях у “Мира фантастики” РУССКИЙ СТИМПАНК Киношедевры: Кинг-Конг
Рассказы читателей: Рагу из кенгурятины

Рагу из кенгурятины

Если вы хотите, чтобы ваши рассказы также были опубликованы на компакт-диске и/или сайте “Мира фантастики”, присылайте их на электронный адрес . Статьи появляются на сайте спустя 2-3 месяца и более после публикации в журнале.

Знаете, каково это: однажды обнаружить себя под бетонными плитами собственных воспоминаний?

Вас удивляет, отчего я, прежде чем войти домой, деликатно звоню в пустую квартиру? В том-то все и дело: я не уверен, что она пуста. Всякий раз мне чудятся за дверью какие-то странные звуки, вздохи… Вроде еле слышно играет радио, которого у меня нет…

Вот будто чихнул ребенок. То, верно, Кирюшка, закадычный дружбан моего детства, лобастый, в своих застиранных чулочках цвета какао с молоком. Как-то я вытолкал его, играя, с коврика в детском саду; неловко подвернув ногу, он долго безутешно плакал от обиды. Я и сам так горько рыдал вместе с ним, что меня даже не наказали…

Нет, Кирюшка — это не глюки. Просто у меня чрезвычайно редкая разновидность склероза, “нарушение пространственно-временного континуума”. Некоторые события прежней жизни в моем усталом мозгу не столько позабыты, сколько перепутаны, и, мало того, причудливо переплетены между собой.

Представьте, я помню первые минуты собственного появления на свет. Мамане, как только она очнулась, пришли сказать, что родился мальчик, что с новорожденным все в порядке и он спит. Сообщив это, санитарка несколько запоздало осклабилась и, не дождавшись реакции, ушла.

На самом деле я не сплю. Небритый, почему-то в кирзовых сапогах, заляпанных грязью, я в это самое время выпиваю в сестринской с местным сантехником и означенной санитаркой, время от времени выбегающей куда-то по своим делам…

А однажды я чуть было не сорвал выборы… Дежурившая на избирательном участке бабуля-общественница углядела, как некий солидный гражданин  украдкой запихивает к себе в носок пухлый бумажник и протискивается к выходу. Гражданином, понятно, был я. Бабка подняла жуткий крик. Хорошо организованные пенсионеры сбили меня с ног, как следует намяли бока. Я пытался объяснять, что бумажник мой собственный, но все было бесполезно, тем более что сама главная улика под шумок исчезла.

Зачем же я прятал свои кровные в столь деликатное место? — этот вопрос мне задавали и потом, в отделении. Что я мог сказать…Что на улице меня наверняка поджидали два знакомых шалопая, восьми и десяти лет, которые с первого класса отнимали у нас, малышей, монетки, выдаваемые родителями на завтраки?..

После того случая я и решился обратиться к эскулапам. Промучив меня два или три месяца, те глубокомысленно заявили, что главный враг моему здоровью — я сам. И потребовали, чтобы я перестал бороться с собственной памятью — тогда, мол, можно будет хотя бы спасти уцелевшее. Психика человека ведь так устроена, объяснили мне, что заставить ее забыть что-либо по заказу невозможно. Вы только покалечите себе всю психическую структуру, причем не только отвечающую за запоминание…

Легко сказать: прекратите бороться… А если я готов был вычеркнуть из прежней жизни уже практически все?.. Меня ведь никто не предупредил, что неизбежный удел всякого долго живущего человека — однажды обнаружить себя заживо погребенным под бетонными плитами собственных воспоминаний. Знай я это раньше — уж куда расчетливее отнесся бы к своим поступкам в молодости…

Болезнь между тем проявляла себя все нелепее. Как-то в зоопарке задержались мы с внучкой у вольера с кенгуру. Этот жизнерадостный попрыгунчик по имени Ваня был особенный: о его трогательной дружбе с пожилой зеброй взахлеб сообщали газеты. Мы принесли для Вани банан. Что было дальше —  помню смутно. Будто бы со словами: “Доктор, разрешите вас отблагодарить!” я неожиданно для себя, причем виртуозно прикрывая эту манипуляцию корпусом, сую зверю в карман-сумку… пару ассигнаций. Кенгуру отворачивает морду, как бы стесняясь, и сквозь прутья даже легонько отталкивает меня лапой. Тут до меня доходит, что я просто сбрендил: всего двести рэ за сложнейшую операцию!..

Между тем операция действительно была — несколько лет назад. Но с какого боку тут, скажите, кенгуру? И вообще, откуда материнская сумка у самца Вани? С другой стороны, я отчетливо помню даже крохотные шарики слюны на усах зверя…

Что еще теперь может нарисоваться в моем воспаленном воображении, вслед за чем — боязно даже подумать. День прошел без “кенгурятины” — и слава богу.

В университете, где я изредка еще читаю свою “Статистику”, непроизвольно начинаю уклоняться от общения с коллегами и студентами. Это я запаниковал после той истории с баней. Представьте: я — студент, приехал на каникулах поработать в пионерлагерь. Иду в душевую, а за стенкой — девчонки-вожатые. И вдруг замечаю в перегородке отличнейшую дырку. Далее срабатывает инстинкт. Быстренько гашу свет, приникаю к отверстию и тут соображаю, что не захватил очки, которые стесняюсь носить еще со школы. Пулей выскакиваю наружу и огромными прыжками — даром что зрение ни к черту — несусь к себе в корпус. На обратном пути меня неожиданно окликает начальник лагеря в сопровождении, видно, очень важных гостей. Тут-то все и начинается…

— А это наш известный ученый, педагог, профессор... — представляет он меня, как выясняется, французским журналистам.

Профессор, ничуть не удивившись, с тоской глядит в сторону бани и, видимо, не придумав ничего более подходящего, сообщает:

— Мне нужно срочно! Туда!

— Да-да, я знаю, — очень серьезно отвечает начальник, и взволнованный профессор, стараясь не срываться на галоп, удаляется.

…Чего я за это время только не испробовал по совету врачей… Принимался собирать спичечные этикетки и выпиливать лобзиком, даже попытался увлечься молоденькой стервозой с двумя детьми и неосвоенным садовым участком в придачу… Ничего не помогло. И по ночам ко мне, беспомощному, охрипшему от неслышимого крика, погрязшему в отходах собственной жизнедеятельности (инсталляция прямо в духе Джоэля П. Уиткина), по-прежнему приходят крысы, множество крыс. Они щекотно копошатся на моей седой груди и вроде бы не воняют помойкой, но при этом, кажется, неуважительно объели мне мочки ушей и краешек нижней губы, и даже отгрызли во сне кончик языка. Вы догадались: это и есть мои нескончаемые претензии к самому себе, мои запоздалые и оттого бессмысленные послечувствия.

Впрочем, в последнее время я спрашиваю себя: а что, если расстройство памяти — это знак свыше? Может, это просто напоминание о том, что не всякая прожитая жизнь и даже не все в действительно удавшейся жизни заслуживает того, чтобы помнить его досконально?

Я даже начинаю думать, что прошлое всегда должно оставаться для нас нелюбимой падчерицей, иначе рано или поздно оно начинает пожирать настоящее…

Если все это так, то, может, я еще научусь когда-нибудь, смеясь, расставаться со своим прошлым…

4
ВСЕГО ГОЛОСОВ
7
Новый номер
В ПРОДАЖЕ С
24 ноября 2015
ноябрь октябрь
МФ Опрос
[последний опрос] Что вы делаете на этом старом сайте?
наши издания

Mobi.ru - экспертный сайт о цифровой технике
www.Mobi.ru

Сайт журнала «Мир фантастики» — крупнейшего периодического издания в России, посвященного фэнтези и фантастике во всех проявлениях.

© 1997-2013 ООО «Игромедиа».
Воспроизведение материалов с данного сайта возможно с разрешения редакции Сайт оптимизирован под разрешение 1024х768.
Поиск Войти Зарегистрироваться