Google+
кАМША ЭПИК Нанороботы Вампиры нового Мира Тьмы Галерея несбывшегося грядущего
Рассказы читателей: Глаза Горгоны

Глаза Горгоны

 

Если вы хотите, чтобы ваши рассказы также были опубликованы на компакт-диске и/или сайте “Мира фантастики”, присылайте их на электронный адрес . Статьи появляются на сайте спустя 2-3 месяца и более после публикации в журнале.

 

Она пришла в наш класс в конце четвертой четверти. Никто не переводится в другую школу в такой неподходящий момент — до конца учебного года с гулькин нос осталось, всегда лучше подождать, даже поездить в другой район, если переехали, но закончить школу на старом месте. Поэтому все мы очень удивились, когда классная, Анна Сергеевна, объявила нам, что к нам пришла новенькая. Любое событие интереснее физики, поэтому мы все с интересом уставились на дверь.

Классная обернулась к двери, махнула рукой и сказала: "Ну, что же ты, заходи!". "Затюканная", — решила я. И, когда новенькая вошла, я кивнула сама себе — так и есть, затюканная. Она смотрела в пол, строго на носки своих ботинок. Когда Анна сказала:

— Знакомьтесь, ребята, это Люда Семенова, — она только кивнула, не поднимая лица.

— Садись, Людочка, вот с Наташей, — Анна указала на свободное место рядом со мной.

Не сказать, чтоб я обрадовалась — это было Витькино место, он был на сборах, он борец, поэтому место и пустовало, но ничего не сказала. Мне было очень любопытно, что же это она такая затюканная. Может, религиозная, кто ее знает.

Все так же изучая пол, она уселась слева от меня, раскрыла сумку, достала физику.

— Привет, — сказала я.

— Привет, — сказала она. — Я Люда.

— Я знаю, Анна только что сказала, — усмехнулась я.

Честно говоря, с ее внешностью я бы носила голову высоко, посматривая на всех пренебрежительно. Высокая, с отличной фигурой, точеным лицом и обалденными волосами, она была, пожалуй, красивее всех девчонок в нашем классе. До остальных это тоже начало доходить — парни уставились на нее с явным интересом (я даже мельком порадовалась, что Витька на сборах), а в глазах девчонок стали разгораться нехорошие завистливые огоньки.

— Все, прекращаем проедать глазами дырки в Люде и открываем страницу двести седьмую, — сказала физичка, и все сделали вид, что отвернулись. — Люда, вы дошли уже до этого материала?

— Да, и даже написали контрольную, — ответила она.

Тут я снова удивилась. Голос, вернее, манера говорить совсем не вязалась с опущенными глазами — уверенный в себе голос, совсем не затюканный. Непонятно. А значит, интересно. Но в лоб я сейчас спрашивать не буду, позже.

Все уткнулись в учебник, порой поглядывая на новенькую.

Когда прозвенел звонок и мы отправились на алгебру, я подошла к ней.

— Вы переехали? — спросила я, чтобы с чего-нибудь начать.

— Да, раньше жили в Чертаново.

— Да, не ближний свет, — понимающе кивнула я. — Хотя мои предки подождали бы с переездом до конца четверти…

— Мы не могли ждать, — ответила она таким тоном, что стало ясно — эта тема закрыта. Ладно, я не настырная, все равно все узнаю.

— А чем увлекаешься?

— Всяким…

— Всяким чем?

Тут мне показалось, что она собралась взглянуть мне в лицо, но остановила себя на полпути и снова опустила лицо.

— Знаешь, мне не очень хочется тебе сейчас об этом рассказывать. Без обид, просто это тема долгая. Если тебе и впрямь интересно, давай после уроков поговорим. А если ты просто так спрашиваешь, для поддержания разговора, тогда давай о чем-нибудь другом…

— Ладно, без проблем, — пожала я плечами. Интереееесная девушка… Да, пожалуй, я поговорю с ней после уроков… Извечное мое любопытство просто вопило — ты должна все узнать!

Тут мимо в блатную развалочку проковылял Тимыч — удивительный ублюдок, самый дрянной тип на всю параллель. Никому не ведомо, какую взятку сунули его богатенькие предки директрисе, чтобы этого долбака оставили в старших классах, но наши надежды на то, что он уйдет после девятого, не оправдались. Он еще и в институт поступит, вот увидите… Дрянь тупая.

Он прошел мимо нас, вдруг остановился, картинно развернулся и подвалил к нам.

— Кааааакая крааасивая деееевочка, — нараспев, кривляясь, начал он. — Такая девочка не должна стоять у стеночки, такая девочка должна ходить с Тимофей Андреичем под ручку! После уроков встречу, в кафешку сходим, ко мне заглянем, музыку послушаем…

— Остань от неё, Весин, —- сказала я, слегка загораживая ее собой.

— Ревнуешь, Гарина? Не надо, ты тоже заходи, меня на обеих хватит!

— Пошел ты, придурок, — сказала я и потянула Люду за собой. Но она осталась на месте.

— Когда меня приглашают на свидание, — громко сказала она, — меня просят, а не указывают мне, что делать. Особенно это касается тупых полудурков.

Я охнула. Меня Тимыч не тронет — Витя пару раз объяснил ему, что ко мне лезть не надо, — а вот Люда рисковала. Тимыч — не джентльмен, избить девушку ему — раз плюнуть, даже такую красивую.

— Чё ты сказала? — Весин приоткрыл рот. — Кто тупой полудурок?

— Ты. А теперь отойди от нас и иди своей дорогой.

— Ладно, сучка. Поговорим после уроков.

— Постой, — вдруг сказала она.

— Ну?

Она подняла голову и коротко посмотрела на него. За весь день она впервые подняла голову. Краткое мгновение она смотрела ему в глаза, затем снова их опустила.

— Ничего. Вали.

Красный от гнева, Весин убрался восвояси.

— Зря ты так, — сказала я. — Теперь заказывай гроб. Этот ублюдок опасен. Давай так сделаем — после уроков задержимся, я тебя через черный ход выведу.

— Не стоит, — ответила она. — Не волнуйся о нем.

Мы отсидели две алгебры и две истории, а я все думала о том, как теперь Люду спасать. Весин смылся с истории, но я знала, что он никуда не ушел — сидит с дружками перед входом в школу и поджидает, когда она выйдет.

— Слушай, — не выдержала я, — давай я тебя провожу. Может, со мной он тебя не тронет.

— Да успокойся ты, — сказала она, —- он и так меня не тронет. Он никого больше не тронет.

— Что там за разговоры? — рявкнула историчка. — Новенькая, ты только что пришла, а уже нарушаешь дисциплину!

Ненавижу эту толстую дуру. Никогда не понимала, зачем в учителя идут люди, ненавидящие детей. Или они потом начинают их ненавидеть? Но эта была особенно неприятна. Толстая, старая и некрасивая, со скверным характером, она приходила в бешенство, когда видела красивую девушку. Такая могла знать историю не хуже академика, но больше тройки ей не видать.

Люда снова сделала такое движение, словно хотела поднять голову, да спохватилась — совсем как в разговоре со мной, когда я спросила, почему они не повременили с переездом.

Мы замолчали и уткнулись в тетради, записывая под диктовку цепочку дат и событий.

Я вынула из-за обложки промокашку и написала на ней: "Эта старая корова хуже всех. Есть еще англичанка и физрук, тоже сволочи, но эта хуже всех. Не зли ее, она красивых ненавидит". Затем я подсунула промокашку Люде. Та прочла и улыбнулась. Затем написала под моей надписью: "Спасибо за комплимент. Историчку буду иметь в виду".

Прозвенел звонок, и мы вышли в коридор.

— Слушай, я тебя все-таки провожу, не спорь, — решительно сказала я.

— Ох. Ну, ладно, проводи. Это даже интересно. Ты, кстати, хотела узнать, чем я увлекаюсь. Сейчас посмотришь.

Тут мне в голову пришла догадка. Она занимается какими-нибудь боевыми искусствами, и вся школа полюбуется на то, как она размажет Тимыча по стенке. Может, она потому и смотрит вниз — Восток, смирение, спокойствие… Да, все сходится. Но только зря она надеется, что он будет один — он один не ходит, потому и наглый такой. Я ей об этом сказала.

— Конечно, он будет не один, — загадочно сказала Люда.

Мы вышли из дверей, я на всякий случай осмотрела все возможные пути бегства.

Тимыч и его шабла ошивались на другой стороне улицы, в сквере. Увидев нас, он встал, выплюнул бычок и неторопливо двинулся в нашу сторону. Люда остановилась и вновь посмотрела на него. Он приближался, она стояла и ждала.

Он ступил на дорогу и сделал два шага, когда из-за поворота с ревом вылетела блестящая черная "Ауди". Он обернулся, дернулся, но было поздно — глухой удар, сдавленный крик, что-то вроде "вяк!", звон стекла. И медленно, медленно его тело подлетело вверх, ноги в раскоряку, с ноги слетел кроссовок, и медленно, чертовски медленно приземлился у наших ног. Через полгода, не меньше, Тимыч шлепнулся оземь. "Ауди" тем временем умчалась прочь, не сбавляя скорости.

Люда пнула кроссовок, улыбнулась и сказала мне:

— Пошли. Не на что тут смотреть.

Я вытаращилась на нее. Что значит — не на что? Никакой любви к этому поганцу Весину я не испытывала, но на наших глазах только что сбили одноклассника, и машина, между прочим, скрылась с места происшествия.

Компания Тимыча уже все была вокруг него. Кто-то истерил, кого-то рвало, а один из них, в шоковом спокойствии, звонил по мобильнику.

— Ты запомнила номер? — повернулась я к Люде. — Номер какой у машины был?

— У смерти нет номера, — спокойно ответила она и пошла вдоль дороги, не проявляя ни малейшего интереса к происходящему.

Я, стараясь не смотреть в сторону  трупа, двинулась за ней.

— Где тут мороженое продают? — спросила она.

— На перекрестке, — механически ответила я, все еще не отойдя от произошедшего.

— Пойдем, угощаю.

Дойдя до перекрестка, она купила две порции мороженого, выбрав для меня именно то, которое я любила. Не чувствуя никакого желания его есть, я, тем не менее, сжевала его до конца. На языке у меня вертелся вопрос, но, всякий раз, как я хотела его задать, мне представлялось, как Люда поворачивается ко мне и смотрит мне в глаза. А глаз у нее нет, только пустые глазницы. Признаться, мне очень хотелось убежать, но любопытство моё, ненасытное и жадное, не отпускало.

Люда шла молча, потом вдруг сказала:

— Да.

— Что?

— Ответ на твой вопрос. Да. Это я его.

— Ты кому-то позвонила, чтобы его сшибли? — я остановилась, не в силах идти дальше.

— Что за глупости! — сердито ответила она. — Ты же знаешь, что никому я не звонила.

— Но как же тогда…

— Ты же видела, как. Я посмотрела ему в глаза.

— И что?

— И захотела, чтобы он умер.

— Я ничего не понимаю…

— Все ты понимаешь. Только верить в это не хочешь. А ты возьми да и поверь.

— Как?

— Что "как"? Что ты хочешь знать? Как я это делаю? Это сложно объяснить. Это невозможно объяснить. Ладно, была рада с тобой познакомиться, а теперь мне пора домой, — она повернулась и пошла в сторону новостроек.

— Постой! — крикнула я. Я не могла вот так отпустить ее без объяснений, но она покачала головой и ушла.

Я осталась стоять, глядя ей вслед. В тот вечер я заболела, провалялась в больнице полтора месяца, экзамены сдавала отдельно от всех, в конце лета. Я не видела ее больше. Никогда. Не думаю, что я заболела из-за нее, ведь она не смотрела на меня. Я знаю, она очень старалась ни на кого не смотреть — она вовсе не хотела причинять вред просто так, без причины. Когда я получала в нашей школе аттестат, я увидела на доске объявлений три некролога — историчка, англичанка и физрук. Инфаркт, пожар и убийство. Я знала, что это неспроста. Так и видела, как рявкает на нее историчка, как тонко издевается англичанка, как пристает в раздевалке физрук. Я поняла, почему ее родители вынуждены были переехать. Мне кажется, они снова переехали.

Она всегда смотрела в пол. Она не хотела причинять вред просто так. Но мне порой снится, что она поворачивается ко мне, смотрит мне в глаза, а глаз у нее нет. Только пустые глазницы. Порой я ей завидую.

 

июнь 2004

6
ВСЕГО ГОЛОСОВ
34
Новый номер
В ПРОДАЖЕ С
24 ноября 2015
ноябрь октябрь
МФ Опрос
[последний опрос] Что вы делаете на этом старом сайте?
наши издания

Mobi.ru - экспертный сайт о цифровой технике
www.Mobi.ru

Сайт журнала «Мир фантастики» — крупнейшего периодического издания в России, посвященного фэнтези и фантастике во всех проявлениях.

© 1997-2013 ООО «Игромедиа».
Воспроизведение материалов с данного сайта возможно с разрешения редакции Сайт оптимизирован под разрешение 1024х768.
Поиск Войти Зарегистрироваться